Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

ЮРИЙ БУТУСОВ: "Режиссёр - это просто хороший зритель"

Павел ПОДКЛАДОВ,- «Культура», 2004,№10,11 - 17 марта

Юрий БУТУСОВ мэтром пока не стал. Но и из "весовой категории" молодых экспериментаторов, несмотря на возраст, уже перешел в более солидную. Питерским театралам его, наверное, представлять не надо: "Калигула", "Войцек", "В ожидании Годо", "Смерть Тарелкина", созданные с группой единомышленников - нынешних кинозвезд, - сделали его знаменитым. В столице он отметился пока только стремительным фарсовым "Макбеттом" Эжена Ионеско в Сатириконе. Некоторые критики до сих пор гадают: зачем нужен был Ионеско, когда есть Шекспир? Видимо, вняв этим недоуменным голосам, Бутусов теперь решил не искушать судьбу и вместе с Константином Райкиным поднял глыбу шекспировского "Ричарда III" . 
- "Ричард III" - первая пьеса Шекспира в вашем послужном списке? 
- Да, поэтому мне и интересно, и трудно. Низкий поклон Константину Аркадьевичу за это предложение. 
- Вам уже прилепили ярлык абсурдиста. И наверное, справедливо: вы ставили Беккета, Ионеско, Пинтера, Камю. Насколько органично вписывается в этот ряд Шекспир? 
- Шекспир вписывается в ряд тех драматургов, с пьесами которых я хотел бы работать. Беккет, Ионеско, Шекспир - это великие драматурги из одного ряда. Надеюсь, что они меня не отвергнут. 
- Вы всегда говорили, что вас интересуют мятущиеся души. Благополучный человек вас не интересует? 
- А разве театр занимается благополучием? Театр занимается болезнями. 
- В одной статье было написано, что любая пьеса для Бутусова - это повод для создания собственного площадного, балаганного театра. Вы с этим согласны? 
- Конечно, я хотел бы заниматься авторским театром и считаю, что будущее за ним. Я стараюсь, чтобы мои режиссерские "послания" были в каждом спектакле. А что касается языка, то, наверное, есть какие-то пристрастия. Но это происходит совершенно естественным образом. Я об этом не задумываюсь. Как мне интересно, так и делаю. 
- "Ричард III" тоже задуман в стилистике площадного театра? 
- Там есть фарсовая природа. Но в каждом спектакле она имеет свой оттенок, свои нюансы. Ведь фарс, комедия - это только слова, за которыми кроются какие-то серьезные поиски того, что называется жанром, стилем. Тут могут быть миллиарды оттенков. 
- Учитываете ли вы в своих поисках потребности современного зрителя? 
- Я ведь тоже зритель. Поэтому не могу не учитывать себя. Кажется, еще Гротовский говорил, что режиссер - это просто хороший зритель. Я стараюсь быть таким, много смотрю, пытаюсь воспитывать свой вкус. 
- Есть ли у вас какие-то особые зрительские пристрастия? 
- Я получаю наслаждение на спектаклях Фоменко, Някрошюса. 
- Может ли вас что-то вывести из себя на спектакле? 
- Такое бывает, когда я чувствую, что со мной разговаривают как с неумным человеком. Когда ко мне относятся, как к плохому зрителю. Когда я чувствую приемы, в которых есть неуважение ко мне. 
- А вы предполагаете, например, что зритель должен так же хорошо знать пьесы Шекспира, Беккета, Мрожека, как вы? 
- Я ничего такого не предполагаю. Я уверен только в одном: человеку, который придет в театр, должно быть интересно. В спектакле "Макбетт", например, нет ничего такого, чего невозможно понять, не будучи заядлым театралом. Там все элементарно просто. Есть даже места, которые слишком иллюстративны. 
- Большинство своих спектаклей вы поставили со своей питерской командой. Теперь стали работать в других театрах. Обычно в своей команде вырабатывается свой особый, "птичий" язык, который и языком-то иногда не назовешь. Достаточно междометия, и все становится ясно. 
- Да, там был свой особый язык. Но, может быть, это и плохо, потому что, как только он возникает, тут же начинает умирать творчество. И когда появляются новые люди, новая ситуация - это хорошо. Ты стараешься сделать их своими единомышленниками. Ведь самое сложное в театре - это ансамбль. Никакая звезда сама по себе не способна сделать спектакль хорошим. 
- Раз вы сами заговорили о звездах, то не могу не задать банальный вопрос. Вы сейчас работали со звездой - Константином Райкиным. Вы всегда друг друга понимали? 
- Понимание не дается сверху. Оно приходит во время работы. Мы искали и, как мне кажется, нашли общий язык. 
- Вас, наверное, приглашают в разные театры. Но вы опять выбрали Сатирикон. Почему? 
- Во-первых, я не мог отказаться от такого предложения. Во-вторых, я хотел работать с Константином Аркадьевичем. Мне это и лестно, и страшно одновременно. В-третьих, здесь есть группа людей, с которыми мы работали над "Макбеттом". Я их люблю, мне с ними интересно. Помимо того, что они талантливые актеры, они еще и хорошие люди. 
- Это важно для вас как режиссера? 
- Очень! Есть такое выражение: "Хороший человек - не профессия". Иногда хороший человек - это больше чем профессия. 
- Вы постоянно работаете с художником Александром Шишкиным. 
- Не знаю, кто важнее для ребенка: папа или мама. Для спектакля важнее всего, чтобы хорошо играли актеры. А что касается сценографии, то для меня она уже и есть часть режиссерского замысла. Каждая деталь должна иметь функциональное значение. Это и учитывает художник, когда получает задание. Во всех моих спектаклях важное значение имеет пространство. Я так научен. По-другому не умею. 
Для меня отношения с художником - это парные творческие отношения, и мы абсолютно совпадаем с Сашей во вкусовых пристрастиях. 
- Вы реагируете на критические статьи, или они для вас, как для многих режиссеров, пустой звук? 
- Нет, я читаю, реагирую. Конечно, иногда что-то может рассердить и обидеть. Я - нормальный человек. 
- Можете ли вы что-то изменить в спектакле после какой-то статьи? 
- Нет, она просто может испортить настроение или улучшить его. Единственное: если статья написана с уважением и интересом, она может заставить о чем-то подумать и взглянуть на вещи по-новому. Я могу с ней согласиться. 
- Влияют ли на ваше творчество какие-то внешние факторы, например политика, экономика, социальные процессы, происходящие в стране? 
- Скорее - нет, чем да. 
- Значит, вы могли бы работать в Англии, Америке, Африке, находясь в башне из слоновой кости? 
- У меня был такой опыт. Я знаю, как это сложно. Мы порой просто не ощущаем связи с нашей средой. Это естественным образом входит в нас, и мы не обращаем на это внимания. 
- Есть ли разница в зрительском восприятии ваших спектаклей в Питере и Москве? 
- Мне кажется, что в Москве более открытая публика, чем в Питере. Но я могу и ошибаться. В Москве я ощущал очень хороший прием. Но когда мы привезли "Макбетта" в Питер, там к нему отнеслись более прохладно. 
- Вы сейчас "в свободном полете". Вас это устраивает, или вы все же хотели бы иметь свой театр? 
- Конечно, хотел бы. Я считаю, что репертуарный театр - единственно правильная модель его существования. Может быть, она проходит стадии кризисов, иногда кажется, что она умирает. Но все мои друзья-режиссеры, работающие на Западе, нам завидуют. Потому что сильнее русского театра нет. Это касается и школы, и развития, и духа. 
Беседу вел Павел ПОДКЛАДОВ

 

Арлекин

Поздравляем создателей спектакля "Птицы" с номинацией на Российскую Национальную театральную премию театрального искусства для детей "Арлекин"!

Премьера

16 ноября на Малой сцене состоялась премьера моноспектакля Олега Дмитриевича Зорина «История города Глупова» (по роману М.Е.Салтыкова-Щедрина «История одного города»).

ГАМЛЕТ

Уважаемые зрители! Открыта продажа билетов на премьеру спектакля Юрия БУТУСОВА «ГАМЛЕТ»!

Гастроли в Москве

7 и 8 ноября спектакль Юрия Бутусова «Дядя Ваня» был сыгран в Москве на фестивале "Биеннале театрального искусства".

Подробнее

ЗОЛОТАЯ МАСКА

Объявлены номинанты Российской Национальной театральной Премии «Золотая Маска» сезон 2016-2017 гг. Спектакль «ДЯДЯ ВАНЯ» выдвинут в шести номинациях!

Подробнее

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Туристическая компания Im Voyager" Телеканал Санкт-Петербург
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр