Top.Mail.Ru

Сергей Волков: От спектаклей Бутусова меня "рвет в клочья"

Александра Акарян,- «Российская газета» 17.03.2016

Один из самых ярких петербургских артистов нового поколения Сергей Волков побывал в гостях у "Российской газеты". Его дебют состоялся на сцене театра имени Ленсовета чуть больше года назад в выпускном спектакле "Кабаре Брехт", после успеха которого все студийцы были приняты в штат театра. Роль Бертольда Брехта уже принесла Сергею премию "Прорыв", две Молодежные премии правительства Санкт-Петербурга и номинацию на "Золотую маску". В "послужном списке" Волкова не только актерские работы, но и одна режиссерская. Сейчас он занят в новой постановке Юрия Бутусова "Сон об осени" по пьесе норвежского драматурга Юна Фоссе, а на днях стал лауреатом еще одного "Прорыва" за лучшую роль второго плана в спектакле "Братья" Евгении Сафоновой.
 
 

Сергей, в Петербурге, пожалуй, нет ни одного молодого артиста до такой степени обласканного критиками и всеобщим зрительским обожанием. Первый же спектакль - и феноменальный успех, номинации на престижные премии. Не давит ли на вас эта внезапно обрушившаяся слава?

Сергей Волков: Нет. Есть какое-то другое чувство... смесь самолюбования, страха, злости и азарта.

"Сон об осени" - довольно сложное драматическое произведение. Какое было первое впечатление от знакомства с пьесой?

Сергей Волков: Я ничего не слышал о Фоссе, пока не начал работать над спектаклем, но знаю, что у Юрия Николаевича идея поставить эту пьесу родилась давно. "Сон об осени" лежал у него на столе с 1998 года. После первого прочтения у меня было ощущение, что я фильм посмотрел… Трудно дать определение, о чем это… О любви? И пути к смерти?

Премьерные спектакли сыграны. Уже что-то можно сказать о реакции зрителей?

Сергей Волков: Мне кажется, на каждой премьере в нашем театре происходит примерно одно и то же: одни принимают спектакль безоговорочно, другие, ругаясь, покидают зал, а третьи ничего не понимают, но им нравится. Спектакль только вышел, и нужно время, чтобы он созрел. Думаю, только через несколько месяцев можно будет сказать что-то определенное.

 

После сложной драматургии нет желания попробовать себя в легком жанре?

Сергей Волков: Насчет легкого не знаю, но когда мы репетировали "Сон об осени", подумал, что не мешает попробовать себя в комедии. Мне действительно пока было комфортнее существовать в мрачных пространствах, эта энергетика почему-то понятнее. В нынешнем сезоне должны выйти два спектакля - "Венчание" начинающего режиссера Бениамина Коца по пьесе Витольда Гомбровича и "Сон в летнюю ночь" Юрия Бутусова и Сергея Филатова. Точно не скажу, когда будут премьеры, но возможно, эти спектакли как раз и будут чем-то иным. Я надеюсь.

В шекспировской пьесе мы, студийцы, будем играть носящихся по лесу влюбленных, фей и эльфов. А в ролях ремесленников, репетирующих любительский спектакль, заняты Сергей Мигицко, Александр Новиков, Евгений Филатов и другие артисты театра.

Большая редкость, когда начинающий актер сразу берется за режиссуру. Ваши режиссерские работы - это заявка на будущее?

Сергей Волков: Спектакль "Преступление и наказание", который шел в театре Ленсовета, родился стихийно, всего за пять дней. Возможно, в будущем я снова вернусь к этим опытам, есть у меня некоторые мысли. Последний автор, который меня поглотил, - Акутагава Рюноскэ. А недавно, во время путешествия по Польше, написалась какая-то странная инсценировка "Бесов". Но пока, если честно, просто не хватает времени всем заниматься. Хотя это все отговорки, по большому счету.

 

А Юрий Бутусов с пониманием относится к вашим режиссерским опытам?

Сергей Волков: У нас в театре в этом смысле совершенно удивительная атмосфера. Ты можешь принести и показать все, что хочешь. Если это интересно, то идет в работу.

Возникало ли когда-нибудь желание поработать в другом театре, с другим режиссером?

Сергей Волков: Я играю и в другом театре. Но странным образом так совпало, что на каждом спектакле Бутусова меня, как зрителя, хотя бы на секунду, но "рвет в клочья". Его работы что-то смещают внутри. Недавно был на "Беге". Первый сон Серафимы и его рефрен (сон Чарноты во втором акте) я смотрел, хохоча, плача и беззвучно крича одновременно.

До прихода Бутусова в театр мы в студии занимались достаточно простыми студенческими вещами, а потом сходили на его "Макбет. Кино", и начался новый этап. Он открыл нам, что театр может быть очень личным искусством. И зачем он есть вообще. Тратить минуты или часы на самолюбование, страдание, болтовню, игру, лишенную смысла - или создать что-то, ставящее перед тобой вопросы, которых за всю жизнь не разрешишь, но будешь каждый раз пытаться их честно осознать относительно себя сегодняшнего. Люблю Бутусова именно за это. Не знаю, насколько я его актер, но могу сказать, что режиссера своего я нашел.