Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

Худрук театра имени Ленсовета превратил Гамлета в женщину

Светлана Хохрякова,-

Юрий Бутусов: «Театр – сложное место: божественное и почти адское»

В конце 2017 года художественным руководителем Санкт-Петербургского театра им. Ленсовета был назначен Юрий Бутусов. Он начал ставить там спектакли еще в 1990-е, в том числе с молодыми артистами Хабенским, Пореченковым, Трухиным. Уходил оттуда, но в 2011-ом вернулся главным режиссером. Параллельно ставил в Москве (где, к слову, никто не предлагал возглавить театр). Хотя, по словам Юрия Бутусова, какие-то намеки делались.

 

Худрук театра имени Ленсовета превратил Гамлета в женщину
Сцена из спектакля "Гамлет" в Театре им. Ленсовета. В роли Гамлета - Лаура Пицхелаури. Фото с сайта театра
 

Быть худруком театра – значит, кардинально изменить образ жизни.

– Повышается степень моей ответственности за театр и его художественную линию, – говорит Юрий Бутусов. – Семь лет я занимал должность главного режиссера. Хочу, чтобы театр стал другим. В течение многих лет он имел бульварное лицо. Есть публика, которая это любит. Мои интересы находятся в другой области. Хотя я не люблю скучные спектакли – и смотреть, и делать. Но в тоже время пытаюсь заложить в спектакль мысли и чувства, требующие работы от зрителя. После смерти Игоря Петровича Владимирова (театральный режиссер, возглавлявший на протяжении 40 лет театр им. Ленсовета, муж Алисы Фрейндлих – С.Х.) прошло почти 20 лет. Эти годы были разными, сделано много хорошего.

Но все-таки лицо театра стало общим. А он должен иметь индивидуальное лицо, отличное от других. Все бульварные театры немного похожи. Я бы хотел, чтобы наш театр стал современным, вызывающим споры и интерес, чтобы он занимал не обслуживающую позицию, а куда приходили бы люди мыслить, спорить, переживать. Важно, чтобы театр перестал быть местом отдыха. То, что я пытаюсь делать в театре им. Ленсовета, напрямую связано с лучшими традициями этого коллектива, традициями лучших спектаклей Игоря Владимирова, в которых сочетались острота мысли и формы, демократичность, открытость. Когда в семью приходит новый отец – это сложный момент, и путь к детям (в кавычках, конечно) не может быть бесконфликтным.

 
Перемены всегда сложны. Конечно, легче создавать на пустом месте. У меня нет никаких предубеждений по отношению ни к одному из артистов. Ну, к одному есть. За время моей работы из театра никто не был изгнан, никаких репрессивных мер не принималось. Стараюсь думать обо всех артистах, но их 67 человек. Я попросил уйти из театра 3 или 4 своих учеников, вернее, предложил им подумать о том, что их судьба в театре может складываться не так, как бы им хотелось. Они ушли. Все остальные работают. Главное – терпение, умение сохранять отношения в человеческих нормах. Мне кажется, что у нас хорошая атмосфера в театре. Большинство труппы – мои ученики. Правильнее любить молодежь, быть рядом с ней, получать от нее энергию. Война – абсолютно бесперспективное и бессмысленное дело. Неправильно в театре бросаться камнями, поскольку это хрупкая вещь, которую легко разрушить...

В предновогодние дни состоялась премьера «Гамлета» в Театре им. Ленсовета. Молодые зрительницы, несколько шокированные его смелой трактовкой, переговаривались: «Интересно посмотреть, что Бутусов ставит в Москве». А подросток, пораженный музыкальным оформлением спектакля, сказал: «Такой музыки еще никогда не было в театре».

Перед спектаклем одна дама преподнесла Юрию Бутусову по случаю его назначения ручку со снеговиком. Объяснила, что когда Андрея Могучего назначали руководить БДТ, она ему тоже подарила ручку с Алисой. Бутусов ответил: «Это настолько связанные вещи, что ручку с Алисой мне тоже можно было подарить». В театре им. Ленсовета все еще наполнено духом Алисы Фрейндлих, хотя она давно покинула эти стены. В фойе – ее костюмы и обувь из старых спектаклей. На этой сцене она была богиней. И на «Гамлета» пришла в тот день с дочерью Варварой Владимировой.

«Гамлет» идет четыре часа и начинается с радиодиалога неких молодых людей: «Славик, как умер Гамлет?». Славик не знает ответа, но вскоре выдает: «Я вспомнил. Гамлет умер давно». Диалог - не выдумка. Можно проверить, выйдя на улицу. Гамлета играет молодая актриса Лаура Пицхелаури. Офелии здесь две. Одна – мужчина с выбеленным лицом, напоминающим грим японского театра «Кабуки» как и его традицию – исполнение женских ролей мужчинами. Офелию играет Федор Пшеничный и Юстина Вонщик - с легким иностранным акцентом. Здесь вообще много удивительного. «Гамлет – давно уже миф, не человек, это духовная субстанция, не имеющая ни возраста, ни пола, ни веса, ни запаха» - считает Юрий Бутусов. Буквально за три-четыре часа до спектакля он рассказал о том, как создавался спектакль, и как чувствует театр.

«Женщины знают о жизни больше, чем мужчины»

– У меня сегодня заканчивается премьерный марафон, в пять репетиция. Все это очень тяжело. Режиссер ведь постоянно находится со своим спектаклем в диалоге, либо успокаивается через какое-то время, либо все его начинает раздражать.

– Как вы в таком состоянии, с температурой репетируете?

– Да, состояние ужасное. Я болен, как и многие наши артисты. Очень тяжелым был выпуск «Гамлета».

– Главную роль играет актриса Лаура Пицхелаури.

– Что в этом необычного? В истории театра это не единичный случай. Сара Бернар играла Гамлета. Это одна из важнейших ролей мирового репертуара, и чтобы погрузиться в ее сложный мир, актер должен обладать определенными духовными, физическими и интеллектуальными возможностями. У Лауры Пицхелаури они есть. «Гамлет» - нежная и светлая пьеса, поэтому главную роль у нас играет актриса. Женщины знают о жизни больше, чем мужчины.

– Кинорежиссер Григорий Козинцев семь лет добивался права постановки своего знаменитого фильма «Гамлет». Что в этой пьесе опасного?

– Интересно, почему он так долго не мог ее поставить? В «Гамлете», конечно, есть вопросы власти, которые могут как-то интерпретироваться.

– Но вы это не закладывали?

– Нет. Для меня это было неважно. Акцентов на этом не делал, хотя зритель реагирует на какие-то реплики, в том числе и на те, что связаны с вопросами власти.

 

фото: Светлана Хохрякова
Юрий Бутусов
 

 

– В 2005 году вы ставили «Гамлета» в МХТ им. Чехова. Почему спустя 12 лет вновь к нему вернулись? Связано ли это с творческими поисками? Возможно, что-то изменилось в вас?

– Это связано с желанием вновь окунуться в текст. Осталось ощущение какой-то неудовлетворенности. Все сложилось не совсем так, как я хотел. Со времен московской премьеры прошло столько лет! Это два разных спектакля. Теперь другие артисты, другой город, другой мир. Московский спектакль был связан определенным периодом моей жизни, построен на дружбе, воспоминаниях. У нас была прекрасная актерская команда. Вместе с Костей Хабенским, Мишей Трухиным, Мишей Пореченковым мы когда-то вместе начинали в Петербурге. Я почувствовал еще тогда в них возможность роста и рад, что та закваска живет в них до сих пор, дала им возможность стать большими артистами. Мой первый «Гамлет» стал вхождением в один из главных театров страны. Жизнь спектакля закончилась со смертью Марины Голуб. Я посчитал, что не нужно искать ей замену.

 
 

Брак с какими-то пьесами бывает удачен. Если это так, то возвращаться к ним не стоит. А вот к «Королю Лиру» я бы еще вернулся. С «Гамлетом» так и случилось. Я практически наизусть знаю перевод Бориса Пастернака, хотя не учил его. Но хочется обновления в лексике и смыслах. Поэтому я взял перевод «Гамлета» 2001 года, сделанный питерским переводчиком Андреем Черновым. В нем есть новая лексика, и вдруг появился новый поворот в самом известном монологе, по-другому зазвучала строка, которую знает весь мир. Это дает новые ощущения. Андрей провел огромное исследование вокруг пьесы с математическими выкладками, пятичастную форму превратил в трехчастную. С художественной точки зрения это правильно. Я понял это, когда ставил спектакль в Москве. В МХТ мне не удалось разделить пьесу на три части. Я был молод, и театр мне этого не разрешил. Одна из прелестей художественного руководителя в том, что можно себе кое-что позволить.

– Мне нравился ваш московский «Гамлет». Увидела его, когда отшумели премьерные показы, и уже вышли критические статьи.

– Я не говорю, что он плохой. Он – совсем другой. Про новый спектакль еще не могу сказать, хватает мне чего-то в нем или нет. Он еще не родился до конца. Наверное, через год, когда все успокоится, можно будет понять, что получилось, а что нет. Сейчас еще рано. Это не лукавство, поверьте.

– Я это понимаю. Вы ставите спектакли в Москве и Петербурге, живете на два города. Насколько разные эти два мира?

– Разные. В человеческом смысле. Это очень интересный вопрос. Я как мост. Мне важно то и другое. Такой, видимо, у меня характер, такой склад души. Но думаю, что этим городам не сойтись никогда. Петербург – непростой город с ужасным климатом, что накладывает отпечаток на характер людей. А какие у нас длинные, холодные и скучные вечера! Поэтому для Петербурга невероятно важен театр. Меня радует, когда он движется не в сторону пустого развлечения, а пытается ставить вопросы. Это заблуждение, что зрителю нужна только балалайка. Драматическим театрам в нашем городе оказывается недостаточное внимание. А это ведь единственное место, где происходит живое общение человека с человеком, чего не может дать ни музей, ни библиотека. Для нашей страны театр - невероятно важный институт. Как школа или больница. Люди приходят в театр, чтобы лечиться, получать духовную пищу. Я могу даже не смотреть спектакль в театр Льва Додина, а посидеть в коридоре. Важно просто находиться в неком духовном поле.

«Я люблю театр. Если ты приходишь туда как на арену, то надо уходить»

– Мы говорим о двух городах, а вы ведь родом из Гатчины, что под Петербургом? Какой спокойный и интеллигентный город.

– Да, но я давно там не был. Мои родители умерли. Я уехал оттуда и не хочу возвращаться.

– Мешают воспоминания?

– Да. Я езжу туда на кладбище. Родители похоронены под Пижмой. Там не очень хорошее место.

– Театральную закваску вы получили благодаря родителям? С детства начали ходить на спектакли или уже студентом кораблестроительного или театрального института?

– Я влюбился в театр, потому что меня однажды привели в него родители. Детские кукольные спектакли, те, что смотрел в БТК, произвели на меня сильное впечатление. Потом уже без родителей ходил в БДТ и Театр Ленинского комсомола в успешный период его существования. Мне было тогда 18-20 лет. Часто стоял на балконе, оттуда смотрел спектакли. Я очень долго поступал, поздно стал студентом режиссерского факультета. В настоящих спектаклях есть боль и сострадание, и они могут что-то изменить в тебе. Уверен, что театр меняет людей, поэтому так важно, чтобы туда ходили молодые люди. А они пойдут, если смогут получить там прививку раздражения.

– На одном из премьерных показов вашего «Дяди Вани» на сцену вышел Сергей Мигицко, и кое-кто из зрителей зашикал. Как раз в то время на него спустили всех собак за участие в шествии верующих по Невскому проспекту, часть которых требовала запрета фильма «Матильда». Публика, погруженная в контекст событий, перестает отстраненно воспринимать происходящее на сцене. Важно ли, какой шлейф у артиста?

– То, что на Сергея Григорьевича, как вы говорите, спустили всех собак, - для меня открытие. Я что-то про это слышал, но мне, честно говоря, все это безразлично. Сергей Мигицко решил, что так надо сделать, и это его личная позиция, которую он имеет право высказывать. А вот сериальный шлейф, конечно, существует и имеет значение. Но думаю, что и с ним можно справиться. Саша Новиков 17 лет снимается в «Тайнах следствия», то есть не сходит с телеэкранов. При этом он умудряется оставаться абсолютно театральным артистом. Я не чувствую никакого шлейфа, который приносился бы им на сцену. Хотя бывают случаи, когда это происходит.

– Всегда ли вас понимают актеры и публика?

– С артистами нет особых трудностей. Как-то мы находим общий язык. Видимо, уже выработался определенный навык. Что же касается моих спектаклей, то часть людей их не принимает. Но это тоже нормально.

– Вы производите впечатление абсолютного интеллигента. А спектакли ставите иногда не просто смелые, а вызывающие. Вы дерзкий человек?

– Гротовский сказал прекрасную фразу: «Театр – то место, где наконец-то можно не играть». Там ты можешь быть, кем угодно, расширить свои возможности, в первую очередь, человеческие. В театре можно попробовать все, что и делает его прекрасным.

– Там можно быть собой?

– Можно и так сказать. Театр ведь работает с воображением, внутренним миром. А внутренний мир человека непознаваем и бесконечен. Очень интересно в этом разбираться.

– Есть духовная составляющая театра, но есть и повседневность. Он может исковеркать человека?

– Может. Театр – сложное место. Оно одновременно и божественное, и почти адское. В театре много исковерканных судеб. Но это такая вещь, с которой мы живем, и тут уж ничего изменить нельзя.

– Нет ощущения, что всякий раз приходится выходить как на арену?

– Нет. Я люблю театр. Если ты приходишь туда как на арену, то надо уходить. Работа должна доставлять удовольствие, иначе я не понимаю, как можно жить.

– Разве театр - не диктатура?

– Иногда приходится быть жестким. Ничего страшного в этом нет. Хотя для меня тяжело. Но идешь на это, поскольку театр должен возглавлять художественный лидер. А я имею наглость претендовать на это. Существует интендантская форма управления, при которой художественный руководитель не является режиссером. Театр им. Ленсовета всегда возглавлялся личностью. Мое желание стать его художественным руководителем связано именно с цельностью театра. Да, я прислушиваюсь к чужому мнению, есть люди, с которыми я советуюсь, но всегда делаю так, как считаю нужным. .

– Театр – тотальное одиночество для режиссера?

– Не знаю. Может быть, понимание этого приходит позднее. Я слишком возбужден вечерней премьерой, нахожусь в нервном состоянии, так что не смогу ответить на ваш вопрос. Сегодня играем четвертый спектакль. Я очень волнуюсь.

Человек родился!

Поздравляем главного администратора Диану Черепанову с рождением сына!

Поздравляем!

Поздравляем Юрия Николаевича БУТУСОВА с вручением ему премии "ЗОЛОТАЯ МАСКА" в номинации "ДРАМА/РАБОТА РЕЖИССЕРА" за спектакль «Дядя Ваня»!

Поздравляем!

Поздравляем з.а.России Елену Комиссаренко с юбилеем!

Проект «Золотая Маска в городе»

8 апреля в 14:00 в Москвариуме на ВДНХ состоялся бесплатный показ спектакля «Птицы».

Изменения в репертуаре

Уважаемые зрители! Вместо спектакля «LIEBE. SCHILLER» на Малой сцене 18 июня пойдет спектакль «МЕДЕЯ», 19 июня пойдет спектакль «СВОБОДНАЯ ПАРА», 20 июня пойдет спектакль «ТЕЛО ГЕКТОРА». Приносим свои извинения!

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Телеканал Санкт-Петербург Театр Музей Радарио
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр