Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

Евгения Сафонова: «Как сегодня миф о Медее отражается в нас?»

Вера Матвеева,- «Петербургский театрал», 2018, № 2 (10), март

На Малой сцене Театра имени Ленсовета 28 марта состоится премьера спектакля «Медея» в постановке Евгении Сафоновой. Режиссёр уже достаточно известный в нашем городе, лауреат Петербургской театральной премии для молодых «ПРОРЫВ» за спектакль «Братья» (по роману Ф.М.Достоевского «Братья Карамазовы») в театре «Приют комедианта», в этом сезоне вышел ее спектакль «Лицо Земли» в ТЮЗе им.А.А.Брянцева. Мы расспросили режиссёра о том, что можно рассказать о нас, сегодняшних, с помощью мифа о царице Медее.

- Ваше режиссерское поколение имеет своеобразную привилегию: вы не занимаетесь случайностями, необходимыми по каким-то тактическим причинам спектаклями. Вы делаете то, что хочется. Пусть порою в маленьких театриках, в подвалах, в нестандартных пространствах — но делаете то, что считаете важным здесь и сейчас. Это ваше счастье. Так вот: что ты расскажешь миру своей «Медеей»?

— Невозможно ответить на этот вопрос сейчас. Потом, задним числом, когда работа сделана, спектакль уже играется на публике, когда ты из режиссера-инициатора превращаешься в зрителя, — тогда только, может быть, и возникает понимание, зачем, ради чего ты вообще в это ввязался. Я поставила не так много спектаклей, и никогда еще не работала с материалом, точно зная, чего именно я хочу, и какой получится результат на выходе. Все это осознается только в процессе работы.

— Но все-таки, если говорить о фабуле мифа: женщина полюбила, отдала мужчине все, а он, неблагодарный, ей изменил, и она в отместку убила их детишек, рожденных в любви, и разлучницу впридачу. Такая сказка-схема, которая в головах просвещенного зрителя при слове «Медея» возникает сразу. Я так понимаю, что тебя не вопрос несчастной брошенки беспокоит. А больше — вопрос, сколько по дороге к счастью поубито людей, родных-близких и прочих, сколько жертв по обочине этой дороги лежит. И вопрос: это мир диктует такой страшный набор поступков, или мы сами выбираем свой путь?

— «Медея» все-таки не мелодрама, но трагедия — и меня в этом сюжете интересует, конечно, не горизонталь отношений мужчины и женщины. Вообще, я всегда долго мучаюсь с выбором материала — учитываю и репертуарный контекст театра, и особенности пространства, и актерский состав. Но в какой-то момент в голове что-то щелкает — и становится понятно, что именно можно сделать в данных конкретных обстоятельствах. Так получилось и с «Медеей».

— Позволю предположить, что в данном случае «щелкнуло» от присутствия в труппе актрисы Сони Никифоровой.

— Да. Но импульсом было вовсе не знакомство с ее сценическими работами — просто я прочитала интервью с Соней, и подробный честный рассказ о ее пути к цели показался интересным и очень по-человечески меня тронул. Потом уже я увидела ее в спектакле «Венчание» по пьесе Витольда Гомбровича — и через каких-то двадцать минут после начала поняла, что с этой актрисой можно рискнуть делать «Медею». Так что при выборе материала в данном случае я отталкивалась от сильной актерской личности.

— Но «Медея», как материал, уже была в твоем режиссерском «портфеле»?

— В 2011 году я принимала участие в режиссерской лаборатории по пьесам Хайнера Мюллера в «Театре Поколений» у Данилы Корогодского. Это было первое соприкосновение с текстами Мюллера в таком объеме — на тот момент многие его пьесы еще не были опубликованы на русском языке, сборник текстов Мюллера, составленный Владимиром Колязиным, вышел годом позже, в 2012-м. Тогда в программе лаборатории была и «Медея. Материал», но я работала с другим текстом, «Гораций» — и уже после того, как все закончилось, Данила сказал, что мне все-таки нужно было работать над «Медеей. Материал». На меня произвел сильное впечатление показанный в рамках лаборатории фильм о Хайнере Мюллере, где подробно рассказывалось о том, как он, живший в Западном Берлине, сделал выбор в пользу работы в Восточном Берлине, где его тексты почти не ставились. Весной того же года я впервые оказалась в Берлине — и эти три дня оказались чем-то вроде погружения в параллельную реальность, в реальность, где жил и работал Мюллер. Так для меня все сошлось в одной точке.

- В чем принципиальная разница между мотивировками в классических античных художественных источниках по мифу о Медее, пьесах Еврипида и Сенеки, — и текстом Хайнера Мюллера?

— Первым спектаклем, который я увидела в сознательном возрасте, была «Сенекина "Медея"», поставленная Леонидом Альковым с актерами, игравшими в первых спектаклях Ивана Вырыпаева. Дело было в Иркутске, мне было 17 лет, я тогда только поступила на режиссерский факультет в местный колледж искусств и начала ходить по театрам — фактически это был мой первый зрительский опыт. Спектакли «Сенекина "Медея"» и «То, что вам нравится» по пьесе Ивана Вырыпаева «Сны» очень четко отпечатались в сознании. Сейчас мне показалось интересным работать не с каким- то конкретным текстом, выбирая ту или иную авторскую версию мифа, а подумать над всеми сразу, взаимодействуя, пафосно выражаясь, с метатекстом мифа о Медее. Во- первых, это версия Еврипида — страшно радикальная для своего времени, впервые вводящая в античную драму рефлексию героини, внутренний конфликт: его Медея не одномерна, находится во внутренних личностных противоречиях. Это ведь именно Еврипид придумал финал с умерщвлением собственных детей — в оригинале, согласно мифу, детей Медеи в отместку за убийство дочери правителя убили коринфяне. Сенека в своей версии ужесточил образ Медеи, сделал ее яростной фурией. И, наконец — «Медея. Материал» Мюллера, написанная им в 1982 году как часть драматургического триптиха. Мы с артистами смотрели и «Медею» Пьера Паоло Пазолини (1969), где главную героиню играет Мария Каллас, и «Медею» Ларса фон Триера (1988) по сценарию Карла Теодора Драйера, — эти фильмы тоже можно назвать текстами. Хотелось среди всех этих отражений мифа, системы кривых зеркал, найти связи с сегодняшним днем, посмотреть, как сегодня миф отражается в нас.

— И здесь помог текст Хайнера Мюллера, так я понимаю?

— Конечно, для меня было важно то, что текст Хайнера Мюллера написан в 80-е годы ХХ века, после катастрофы Первой и Второй мировых войн, Холокоста, системы массового уничтожения людей, террора как способа решения вопросов. Мы, сегодняшние, до сих пор пытаемся отрефлексировать эти события — как ни страшно это прозвучит, но благодаря этим чудовищным событиям мы получили очень конкретное знание о человеке, о его природе, о том, на что он способен. Многое предчувствовал еще Достоевский, но истинных масштабов трагедии, с которыми придется столкнуться человечеству, он знать не мог. Работая над «Братьями» по «Братьям Карамазовым», мы выстраивали спектакль все-таки через призму ХХ века — мы не можем пропускать, игнорировать это звено: за какой бы текст мы ни брались, мы должны 3 посмотреть на него через эту оптику — иначе не получится найти точку соприкосновения с нашим временем. Хайнеру Мюллеру миф понадобился для того, чтобы говорить о реальности, о прошлом и возможном будущем — потому что говорить о каких-то вещах впрямую было просто невозможно. Ему нужна была эта дистанция.

— Как артисты осваивают этот грандиозный материал? 

— Соня Никифорова — удивительная актриса, глубокий человек, она принимает на себя всю мощь текста, и это, конечно, отбирает массу сил, выматывает, требует эмоционального, интеллектуального напряжения. Не каждый актер-мужчина способен поднять такой вес. Соня — настоящий боец, с ней чувствуешь солидарность. Ее преимущество в том, что она — музыкант, потому что форма спектакля в данном случае — это именно построение, произнесение текста, владение интонацией здесь исключительно важно. Гриша Чабан ведет голос Ясона, Рома Кочержевский — Вестника, Хора. Работа еще выстраивается, о результате говорить еще пока рано. Но этот процесс интересен, кажется, для всех.

Текст: Вера Матвеева

«МАКБЕТ.КИНО.» в Воронеже

9 и 10 июня спектакль Юрия Бутусова «МАКБЕТ.КИНО.» будет показан на сцене Воронежского концертного зала в рамках VIII международного Платоновского фестиваля искусств.

Режиссерская лаборатория

По традиции, заведённой Юрием Бутусовым, 13 мая в театре состоялась режиссерская лаборатория.

Подробнее

Награда

Указом Президента РФ от 3.05.2018 народный артист России Семен Стругачев награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством II степени". Поздравляем!

Премьера

28 апреля на Малой сцене состоялась премьера спектакля "ТЕЛО ГЕКТОРА" по пьесе Аси Волошиной в постановке Евгении Богинской.

Премия "Арлекин"

28 апреля состоялось вручение российской национальной театральной премии «Арлекин»-2018. Поздравляем лауреатов - создателей и участников спектакля "ПТИЦЫ"!

Подробнее

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Телеканал Санкт-Петербург Театр Музей Радарио
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр