Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

ЕЛЕНА МАРКИНА: ОТ МНОГИХ БЕД СПАСАЕТ ЛЕГКОМЫСЛИЕ

Татьяна ТКАЧ «Невское время», / 22.09.2005 /

Вот уже сорок лет заслуженная артистка России Елена Степановна Маркина служит искусству. Cвой творческий путь начинала в Театре на Литейном, потом перешла в Театр им. Ленсовета, и теперь ею по праву гордится эта замечательная труппа. С ее участием идут такие спектакли, как "Синхрон", "Фокусник из Люблина", "Владимирская площадь". О парадоксах актерской судьбы, перипетиях сценической биографии поведала актриса в нашей беседе.


- Говорят, что первую половину жизни актер работает на имя, а вторую - имя работает на актера. Я не создала себе ни имени, ни счастливой судьбы. Тем не менее моя актерская жизнь типична для всех времен и государств. Я часто бываю в Европе, Чехии, Праге и знаю судьбы многих актрис: они очень похожи - какой бы строй ни был на дворе, все одинаково. Сначала романтика, когда, по словам И.П. Владимирова, на тебя работают внешность, открытость, веселость и возраст, потом уже приходит мастерство, а бывает, и отчаяние, и депрессии... Там то же самое. Начинают замечательно, особенно если Бог дал хорошую внешность, популярность, да еще удачно снимешься. Зато потом приходит забвение.
- Может, дело не в актерской профессии, а в законах жизни?
- Наверное, но в актерских судьбах эти законы особенно очевидны. Помню, когда мы поступали в институт, был огромный конкурс, семьсот двадцать человек на место. Я поступала к Петровых-Авербух, ничего не смысля в специфике актерского образования, - не надо было сдавать физики и химии, потому и потащилась на Моховую. На первом курсе все считали себя звездами мировой величины, лишь потом пришло отрезвление. Профессия, конечно, очень таинственная, я сказала бы даже, что инфернальная, есть нечто в ней от дьявола. Порой кажется, что мы, как шаманы, волхвы или же волшебники, обманываем зрителя, вытаскиваем его из обыденности, питая иллюзиями и фантазиями, особенно когда вдруг выпадает удачная роль и актер, как врач, исцеляет зрителя. Вообще-то публика противоречива. 
- Какие же роли вам были дороги в Театре на Литейном?
- Все до единой! Та пора напоминала какую-то моцартиану, мне удавалось все, причем почти без усилий. Мне сразу стали давать такие ответственные роли, что я обмирала от изумления. Известный тогда сценарист Будимир Метальников написал пьесу "Фантазия для скрипки", и мне, пигалице, только что окончившей институт, дали роль, где я проживала жизнь героини от ее тринадцати лет до самой смерти (говорят, что я с ролью справилась). Но, главное, было упоение театром, был успех - он же пьянит! - поэтому я не замечала трудностей. У меня не было никаких "мук творчества" - мне удавалось все и сразу. Тогда не я играла, а во мне все играло.
И вот в 1964 году Игорь Петрович Владимиров пригласил меня в свой театр. А так как там работал мой муж, Леонид Дьячков, я пошла туда, предпочтя этот театр акимовскому Театру комедии. И.П. Владимиров сразу мне дал замечательную роль, роль Полли Пичем в спектакле "Трехгрошевая опера". Спектакль вышел параллельно с брехтовской постановкой в Театре им. Ленинского комсомола - там играла Наталья Тенякова, а тут я. Поклонники были у обоих спектаклей, но наш мне казался побогаче: был замечательный Эстрин, Алиса Фрейндлих дивно играла Сэлли Пичем. Спектакль шел долго, мы сыграли более ста представлений. Потом Игорь Петрович Владимиров стал пополнять коллекцию талантов. Но он всегда имел меня в виду, у него даже была странная присказка: "Лена Маркина - это наш верняк". Чуть что случалось с какой-нибудь актрисой, ее роль тут же давали мне. Поэтому я играла очень много. Но в основном были вводы. Не могу сказать, что они были мучительны для меня, но все же ввод - это неполноценная работа.
- А какие роли преобладали, вы себя видели лирической героиней?
- Никогда! Ненавидела такие роли. Люблю острохарактерные роли или же "синтетические". Я играла в спектаклях "Старомодная комедия", "Миссис Пайпер ведет следствие", "Двери хлопают" - это все вводы. В спектакле "С легким паром, или Ирония судьбы" у меня был чудесный эпизод - стремительный, яркий, а меня вдруг назначают на роль лирической героини, и это была мука адова.
- Театр им. Ленсовета всегда имел определенную ауру - чуть легкомысленную, развлекательную...
- Совершенно верно! Но к Полли Пичем в "Трехгрошевой опере" это определение не вполне применимо. Мне рассказывали, что я так понравилась одному из зрителей в этой роли, что он стал изучать историю спектакля, потом творчество Б. Брехта и даже выучил немецкий язык - столь грандиозное впечатление он получил.
- Уж не влюблен ли он был?
- Нет-нет-нет! Он не интересовался актрисами. А сколько людей пошли в нашу профессию из-за того, что они лицезрели Алису... Она начинала волшебно! Не забыть впечатления от Алисы, я поступала в институт, когда она уже заканчивала, и я плохо ее знала лично, но помню ее феномен: она играет, поет и все, что делает, делает только для тебя. Потом, в театре, мы подружились. Были близки, она меня даже называла Маара - Марочка.
- Ваше актерское самолюбие не было ущемлено тем, что Театр им. Ленсовета имел примадонну?
- Клянусь, ни-ко-гда! Ведь я понимала, что это справедливо. Поначалу я не хотела быть актрисой - мечтала стать чтицей. И вообще, для меня голос, особенно красивый, полнозвучный, казался Божьим даром. Голос - сродни музыке. И мне говорили, что я им обладаю.
- Вы с удовольствием пели на сцене?
- Как раз к вокалу я относилась плохо, совсем иное - читать со сцены. Вот потому я так легко поступила в институт. Молодость, темперамент - все при мне было. Это сейчас, когда я превратилась в толстоватую смешную тетку, то и роли получаю такие - мой дар оказался совершенно невостребованным, из разряда того, что называют "несбывшимся" и, к сожалению, уже несбыточным. 
- Но востребован другой талант - умение подсмеиваться над миром и вместе с тем любить этот мир.
- Этот дар при мне, я обладаю хорошим, здоровым легкомыслием, которое меня спасает от многих бед. 
- И как часто вы сознательно склоняете себя к милому греху легкомыслия?
- Увы, как все женщины, я люблю поплакать. Еще Ахматова сказала: "Всего прочнее на земле печаль, но долговечней царственное слово". У меня были периоды страшных событий, множество пустых дней, целые годы простоя. И все же ко всему отношусь философски.
- Театр прожил несколько периодов, и вот теперь наступил период Владислава Пази. Он как-то переменил ваше существование?
- Должна сказать, что это уже совсем другая история. Каждый актер у него на примете, он обязательно понимает перспективу артиста и дает всем возможность играть - хорошо ли, плохо ли, результат зависит от удачи, от судьбы. Вдруг взял для постановки пьесу для пожилых актрис, на которых всегда очень мало ролей, озаботился нашими судьбами (Леонова, Замотина, Балай - по сорок лет в театре). Говорят, не один год он искал для нас пьесу, нашел абсолютно новое слово в драматургии: пьесу Серегина "Водолей" о том, как приходит эра Водолея и три Эринии, богини мщения, вознамерились отомстить, причем столь странным образом они защищают свой семейный очаг. Режиссеру Тимуру Насирову название не очень понравилось, и он придумал для своего спектакля иное - "Некоторые подробности конца света", где действуют кровавые богини Иринии - Мегера, Алекто, Ксисифона (я играю Мегеру, самую злобную). Саше Новикову, смешливому и смехотворному, досталась роль жертвы, эти злобные пифии должны его оскоплять, можете себе представить? 
- А как восприняли вы предложение участвовать в драматической опере "Владимирская площадь"?
- Пришлось вспомнить былое: я же пела прежде везде, где могла, - и в спектакле "Женский монастырь" (тоже ввод после Алисы), и с Леной Соловей в спектакле "Под абажуром" сама вызвалась исполнять романс. Но особо никогда не усердствовала на вокальном поприще, не было "ни пота, ни крови". Наверное, потому и не состоялось ничего серьезного. 
- Серьезное и смешное вы сумели сделать единым в спектакле "Синхрон". Ваша героиня, как большая кукла, смешная и вместе с тем печальная. 
- Очень помогла художница, она придумала необычный костюм, и все пошло-поехало. Когда-то к нам приезжали немцы на постановку спектакля "Коварство и любовь", так они сразу же погнали нас на сцену, причем в костюмах, и от этого все рождалось. А тут розовый костюм меня просто ошеломил: я, как розовая свинка, сижу в огромной шляпе. 
- У вас есть вкус к характерности. Вы подсматриваете какие-то черты или же фантазируете?
- У каждого своя лаборатория. Я раба полнозвучного, красивого слововыражения: вдруг услышишь слово, отметишь интонацию... 
- И вы "рисуете в пространстве", сидя на протяжении всего спектакля "Синхрон"?
- Кажется, у Стравинского я читала о том, что чем более жестки рамки, чем уже пространство, тем концентрированней музыкальная мысль. Мне очень помог мой партнер Олег Александрович Леваков. Он сказал: "Мы должны здесь почти недвижимы быть. Попробуй в неподвижности сыграть характер этой несчастной дамочки". Быть может, от этого и сконцентрировалась энергия.
Пьесу очень ругали. Но спектакль все-таки состоялся! Сыграв главную роль, Лена Комисаренко совершила творческий подвиг. Она, человек чрезвычайно целомудренный и нравственно строгий, из столь "эротоманской" продукции смогла сделать историю о не очень счастливой жизни. Спектакль хвалят, и меня в нем тоже. Что оказалось неожиданным: роль-то неглавная, всего четыре эпизода, причем маленьких.
Я обожаю, когда можно скрыться за чем-то. Мне так это нравится, когда можно закрыться.
- У вас наступил период творческой активности - после "Владимирской площади", "Синхрона" появились и "Некоторые подробности конца света", и "Фокусник из Люблина".
- Это просто нечаянная радость пришла сквозь "бездну дней пустых".
Но я не очень довольна своей работой в спектакле "Фокусник из Люблина". По ходу репетиций меня преследовали страшные неудачи: болело горло, настиг грипп. Хотя я с большим удовольствием работала, восторг почему-то исчез. Моя героиня, к сожалению, сюжетно не играет значительной роли, служит лишь краской.
- Какие испытания были для вас особенно трудными?
- Вводы. Были бессонные ночи, ведь роли выпадали большие, и надо было срочно выучить текст. "Человек, животное, добродетель", "Человек и джентльмен" - это все вводы, вводы. Кто-то очень остроумно сказал: "Ввод - это ребенок, рожденный от аборта..." Таких детей у меня было очень много. Мука-мученическая, не проживаешь роль, а сразу тебя бросают, как в воду. Первые два-три спектакля всегда на грани комы, ничего не соображала, не понимала, только б не помешать партнеру. А партнеры порой бывали жестоки, одергивали - не туда пошла, реплику забыла подать - и я сразу начинала дрожать. 
- Вы человек самокритичный, склонный к самоанализу. Пытались отсматривать свои работы по видео?
- Как-то была в гостях у Равиковича Толи и Мазуркевич Иры, они предложили посмотреть на кассете "Пятый десяток". Я увидела, что весила я вполовину меньше, нежели сейчас, такая была тоненькая! Играла чудовищно, это был ввод. Там прелестная Алиса, хорошенькая Мазуркевич, глубокая работа у Толи Равиковича, но, увидев себя, я пришла в еще больший ужас, чем обычно. 
Все закончилось в Театре на Литейном, где мне удавалось все. Когда заканчивала институт, педагог по танцу сказала мне: "Лена, при твоем поступлении я думала, что ты станешь явлением, а ты уходишь такой же, как пришла!" Увы, с 1964 года я стала обыкновенной актрисой. 
Татьяна ТКАЧ

Изменения в репертуаре

Уважаемые зрители! 19 октября вместо спектакля "Гамлет" пойдет спектакль "Сон об осени", 21 октября вместо спектакля "Все мы прекрасные люди" пойдет спектакль "Ревизор". Приносим свои извинения!

Замена спектакля

Уважаемые зрители! 16 октября вместо спектакля "Город.Женитьба.Гоголь." пойдет спектакль "Ревизор". Приносим свои извинения!

Гастроли в Казани

9 и 10 октября спектакль Юрия Бутусова «Город. Женитьба. Гоголь.» открыл Качаловский театральный фестиваль в Казани на сцене Русского большого драматического театра им. Качалова.

Всероссийское исследование театральной аудитории

Приглашаем Вас принять участие во Всероссийском исследовании театральной аудитории, которое проводит Российский институт театрального искусства – ГИТИС.

Подробнее

БИЕННАЛЕ ТЕАТРАЛЬНОГО ИСКУССТВА

6 ноября на нашей сцене будет показан спектакль выдающегося российского режиссёра Камы Гинкаса "Вариации тайны" (МТЮЗ) в рамках фестиваля "Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры" - 2018.

Подробнее

Документы

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Телеканал Санкт-Петербург Театр Музей Радарио Ticketland VII Форум
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр